Авторы называют своих персонажей «племенем, порождением глобализованного мира» — современным кочевым сообществом, которое появляется на улицах и взаимодействует со зрителями. В основе — идея «археологии человека»: попытка восстановить утрачиваемое человеческое, коллективное начало и установить диалог с Другим.
У Марселы Санчес Моты, руководителя театральной компании, есть важный образ: древнее племя, продолжающее существовать в современности, но постепенно теряющее возможность жить по-старому. Отсюда странный внешний вид персонажей — костюмы, босые ноги, огромные головные уборы. Они будто собирают остатки своей культуры из того, что осталось в глобализованном мире, и пытаются сохранить свою человечность.
Но это не спектакль-история. Сюжета в обычном смысле нет. Это процессия. Персонажи идут по городскому пространству, смотрят на людей, вступают в контакт без слов. Зритель сначала наблюдает, потом постепенно становится частью движения. Для авторов это принципиально: коммуникация, объединение, возвращение человеку способности быть вместе с другими. Они говорят о спектакле как о попытке «спасти» ту человечность, которая может потеряться.
Сам коллектив формулирует свою задачу так: «Постоянное исследование языка тела на сцене — наша отправная точка. Мы работаем в рамках междисциплинарного процесса, стремясь нарушать устоявшиеся представления в таких областях, как танец, музыка, кино, драматургия и литература; стремимся заново осмыслить искусство, выйти за пределы привычного восприятия мира и символической игры, связанной с человеческим существованием. Именно здесь мы обретаем собственную эстетику, используя само искусство как средство коммуникации. Мы пытаемся раздвигать границы, осознавая и принимая связанный с этим риск».
Владивостоку этот спектакль идёт. Город у океана, фестиваль на берегу — и племя, пришедшее из-за моря, чтобы напомнить о том, что нас всё ещё связывает.